Возможности возобновляемой энергетики в Северной Македонии. Интервью с партнером CMS Марией Филиповской

share

Северная Македония имеет очень положительные результаты  государственной стратегии развития возобновляемой энергетики. Страна планирует достичь 50% доли возобновляемых источников в производстве электроэнергии до 2024 года и постепенно отказаться от угля, в то время как законы и подзаконные акты в области энергетики согласованы с Третьим энергетическим пакетом ЕС. 

Портал CEENERGYNEWS взял интервью у Марии Филиповской, партнера юридической фирмы CMS, на тему уровня развитости рынка возобновляемых источников энергии в стране, а также основных возможностей и рисков для инвесторов.

Что касается плана страны по достижению 50% доли возобновляемых источников энергии в производстве электроэнергии, Мария Филиповская считает, что это достаточно амбициозный план.

«Последняя Стратегия развития энергетики Северной Македонии до 2040 года рассматривает 3 различные сценарии», – объясняет она. «Референтный, умеренный переход и “зеленый”, и последний предусматривает полный отказ от угля к 2040 году. А также 45% доли возобновляемых источников в общем потреблении энергии».

Однако, по ее словам, Стратегия должна быть пересмотрена с учетом следующих важных исходных данных, условий и принципов: среднегодовой рост ВВП на 3,3%, самая низкая стоимость всей энергетической системы и введение цены на углерод для всех 3 сценариев.

«Кроме того, Северная Македония вместе с другими странами Западных Балкан подписала в 2020 году Софийскую декларацию о зеленом порядке для Западных Балкан, которую подписали государства, что стремятся достичь цели 2050 – углеродно-нейтрального континента вместе с ЕС», – добавляет она.

«Параллельно мы видим немного сомнительную практику: один из планов государственных энергокомпаний (Elektrani na Severna Makedonija – ESM) – продлить срок эксплуатации ТЭЦ РЭК Битола и открыть дополнительную угольную шахту в Живойно. Это указано в Инвестиционном плане ESM на 2018-2022 годы».

Таким образом, она сказала, что будет рада видеть, как план, установленный Стратегией и Софийской декларации, будет реализован.

В настоящее время, по сравнению с гидроэнергетикой, инвестиции в солнечные и ветровые проекты не такие большие. В частности, согласно Стратегии, Северная Македония имеет теоретический потенциал примерно 7,3 ГВт использования ВИЭ. Наибольшая доля такого потенциала приходится на ветер (до 4,9 ГВт), а также солнечные электростанции (до 1,4 ГВт).

«Отдельно стоит отметить, что институциональный потенциал выглядит низким и может потребовать дальнейшего улучшения», – подчеркивает Мария Филипповская. «Кажется, что не хватает человеческого потенциала, включая квалифицированную и опытную рабочую силу, и государственные органы не является исключением. Таким образом, укрепление потенциала человеческих ресурсов кажется жизненно важной задачей на данном этапе».

Кроме того, она вспоминает о создании отдельного Министерства энергетики для координации и устранения пробелов в институциональной координации.

«Следует сказать, что в одном из министерств по вопросам энергетики в Северной Македонии, министерстве окружающей среды и физического планирования, почти все подсектора в той или иной степени связаны с энергетическим сектором, однако институциональная координация должна быть установлена на прочной основе, – указывает она. «Положительным шагом в этом направлении является формирование правительством Северной Македонии в 2018 году координационной Рабочей группы по вопросам климата и энергии, в которую войдут представители всех соответствующих органов».

Кроме того, она напоминает, что у каждого ВИЭ есть факторы, от которых зависит строительство и производственные процессы. Например, что касается строительства ветряных электростанций, выбор места расположения зависит от условий, таких как конфигурация местности, тип собственности на землю (частная или государственная), инфраструктура и доступ к дорогам для транспорта, расстояние от сетей высокого или среднего уровня напряжения, и тому подобное.

«Потенциал конкурентоспособности в плане стоимости может быть ограничен из-за недостаточной скорости ветра и труднодоступности местности в некоторых районах», – продолжает она. «Кроме того, геотермальный потенциал для производства электроэнергии может быть ограничен из-за относительно низкого геотермального градиента в регионе».

«Однако очевидно, что технологические достижения, снижение затрат, а также экологические ограничения будут играть важную роль в использовании технического потенциала в будущем. Мы видим, что институты определили эти аспекты и работают над ними».

Действительно, правовая база выглядит неполной, и необходимо принять дополнительные законы и подзаконные акты. В качестве примера госпожа Филипповская приводит Закон об энергетике, принятый в 2018 году, который транспонировал Третий энергетический пакет ЕС в секторе электроэнергии и природного газа, а также Директиву о ВИЭ.

«Доступ к системе и сетям соответствует acquis, включая доступ к сетям по регулируемым тарифам», – говорит она. «Закон об энергетике позволяет всем производителям электроэнергии участвовать в оптовом рынке. Домашние хозяйства и мелкие покупатели могут выбрать своего поставщика, в том числе поставщика универсальных услуг. Однако, текущие изменения в нормативно-правовой базе для создания организованных энергетических рынков еще не завершены. Что касается рынка природного газа, то в Северной Македонии оптовый и розничный рынки достаточно дерегулированы».

Другим примером является Закон об окружающей среде, который включает статьи, устанавливающие общие обязательства и ответственность по кадастрам парниковых газов (ПГ) и национальный план по изменению климата.

«Закон об энергетике усиливает важность и обязанности Регулятора», – подчеркивает Мария Филипповская. «Однако с точки зрения достижений в области электроэнергетики Стратегия на 2020-2030 годы определяет, что некоторые обязательства находятся на разных уровнях реализации».

Поэтому, по ее словам, в будущем необходимо будет еще сделать множество шагов. Прежде всего, что касается энергоэффективности: учитывая, что новый Закон об энергоэффективности был принят в 2020 году, Мария Филипповская напоминает, что перенос директив ЕС во вторичное законодательство еще не осуществлен.

Кроме того, Северной Македонии необходимо будет принять Закон о борьбе с изменением климата.

«Были обнаружены пробелы в секторальном планировании адаптации и устойчивости, соответствующей структуры мониторинга, а также количественных и измеримых показателей достижений как в смягчении последствий, так и в адаптации», – отмечает Мария Филипповская.

Когда дело доходит до окружающей среды, первым ключевым приоритетом должно быть выполнение Директивы о крупномасштабном сжигании топлива и Директивы о промышленных выбросах на практике.

«Северная Македония также должна приступить к принятию Закона о контроле выбросов в промышленности, а также к внедрению соответствующих требований Директивы о промышленных выбросах (с дедлайном на 1 января 2028 года для существующих предприятий)», – продолжает она.

Кроме того, правовая база для ВИЭ в транспорте еще не согласована с Директивой ЕС, включая принятие критериев устойчивости для биотоплива и биожидкостей.

«Поддержка ВИЭ будет и дальше развиваться в соответствии с Директивой 2009/28 /EC», – отмечает Мария.

«Директива транспонируется с принятием Закона об энергетике и соответствующих подзаконных актов. Закон Македонии об энергетике содержит требования для проведения конкурентных торгов для получения “зеленой” надбавки, которая позволит поддерживать производителей возобновляемой энергии и рыночную интеграцию возобновляемых источников».

Также Мария Филипповская вспоминает о юридических и нормативных обязательствах, касающихся завершения реформы газового сектора.

В прошлом году ЕС заявил, что когда речь идет о законодательстве в энергетическом секторе, «необходимы значительные усилия». В частности, что касается окружающей среды, ситуация в Северной Македонии и Сербии считалась «полностью несовместимой с законодательством ЕС».

Мария Филипповская согласна с тем, что Северная Македония загрязненная страна, особенно с точки зрения загрязнения воздуха в крупнейших городах (прежде всего в столице Скопье и Тетово).

«Кроме того, нынешнее мышление можно рассматривать как неблагоприятное для окружающей среды», – добавляет она. «Также, возможности переработки отходов находятся на низком уровне. Стоит отметить, что в данном секторе может быть применено общее замечание для Северной Македонии о соблюдении верховенства закона. Наконец, создание предсказуемых и единых процедур для всех (инвесторов, регулирующих органов, министерств, экспертов и т.д.).

Еще одна проблема для Северной Македонии – ее зависимость от электроэнергии из других стран. Госпожа Филипповская отмечает, что, несмотря на снижение потребления в последние годы (среднегодовые темпы уменьшения показателя на 3,7%, в основном за счет промышленного сектора), средняя доля импорта в 2010-2016 годах составила примерно 30% от общего потребления электроэнергии. Это означает, что по сравнению со странами региона Северной Македонии имеет одну из самых высоких долей импорта электроэнергии.

Прежде всего важную роль играет использование собственного энергетического потенциала, в первую очередь за счет возобновляемых источников энергии.

По мнению госпожи Филипповской, необходимым является максимальная экономия энергии, поскольку она непосредственно влияет на сокращение выбросов, снижает зависимость от импорта и стимулирует внутреннюю экономику за счет создания рабочих мест.

«Во всех трех сценариях Северная Македония будет использовать меньше ресурсов для удовлетворения одних и тех же потребностей с распределением потребления, начиная с 2020 года, но с разными темпами для каждого сценария», – говорит она.

Другими шагами является формирование целей энергоэффективности с точки зрения экономии первичной энергии, сокращения потерь в распределительной сети, а также обновления и повышения эффективности систем центрального отопления.

«Особое внимание уделяется электроэнергии в крупнейших секторах конечного потребления энергии (включая транспорт и промышленность)», – заключает Мария.